Танелорн ▶ Взгляд со стороны ▶ Статьи и рецензии ▶ "Мастер муляжного цеха"

В. Реликтов "Мастер муляжного цеха"
послесловие к "Хроникам Хоукмуна"

Весь мир-театр. За ваш билет заплатят
Заочно. Всем доступен вход.
Оркестр гремит и щедро силы тратит,
Но в музыке господствует разброд.
Программ не продают.
Нельзя понять сюжета.
Актеров масса, но талантов нет.
А представление, скажу вам по секрету,
Напоминает декадентский бред.

Х.Беллок. [1]

И "История рунного посоха", и "Хроники замка Брасс", изъятые из контекста творчества Майкла Муркока, в лучшем случае могут являть собой обычное фэнтези, сказку для взрослых, которая понравится разве что неофиту в подобной литературе. Любитель авангардистских вычурностей, оценивший патологию "Лекарства от рака", и эстет, проникшийся изысками "Танцоров на Краю Времени", с недоумением будут перелистывать страницы любого из муркоковских сериалов о Вечном Воителе, удивляясь... нет, не многогранности таланта автора, а способности столь цинично и откровенно-на их взгляд-"гнать" халтуру.

Как же так? Зачинатель "новой волны" НФ, редактор самого прогрессивного в шестидесятых годах фантастического журнала, ярый сторонник нетрадиционного, необычного и шокирующего... и он же – автор множества посредственных приключенческих романов, написанных, к тому же, в одном из самых консервативных литературных жанров. Удивителен даже не этот факт. Многие из популярных зарубежных (и не только зарубежных) фантастов начинали именно с посредственных и малоинтересных творений; другие – наоборот: заявив о себе шедеврами, потом "вышли в тираж". Однако Муркок – исключение из общего правила: он создает и непритязательные, и значительные произведения одновременно. Лучшим тому подтверждением будут даты выхода в свет его книг, написанных в годы расцвета "новой волны" НФ [2]. Тут и классическое фэнтези, и сюрреалистическое фэнтези, научная фантастика, авангардисткая проза... Может ли серьезный писатель быть столь непоследователен в своем творчестве? А титаническая работоспособность (не меньше пяти романов в год, не считая рассказов и критических статей, а еще – составление антологий, выпуск журнала "Новые миры", репетиции и концерты с рок-группой "Хоквинд") наводит на подозрение: не работает ли на Муркока цех литературных поденщиков? Однако надо признать, бестселлерами [3] его книги не становятся, а поденщиков привлекают только в том случае, когда сериал пользуется исключительной популярностью. Вряд ли будет правомерно обвинять автора в погоне за "золотым тельцом" в ущерб качеству своих творений. Тот факт, что он переработал некоторые романы (и начал с "Истории Рунного Посоха"), свидетельствует, что Муркоку небезразлична судьба даже тех произведений, которые самые лояльные к нему критики не осмелились назвать его творческими удачами.

Но, восхищаясь одними книгами и упорно обходя молчанием другие, ни в коем случае нельзя забывать о том, что все (или почти все) написанное Муркоком – суть одно грандиозное произведение, необъятное полотно [4], в пространство коего вписываются сказочные сериалы, романтическая любовная история, авангардистский текст и иронический детектив. Выхватывать из этой пестрой картины мироздания отдельную частицу и по ней судить о творчестве автора, – все равно, что судить о творениях Господа, ну, скажем, изучая... только насекомых. Ведь будущее, настоящее и прошлое Земли и многих альтернативных миров соединяются причудливыми узорами, иногда повторяющимися (ибо автору не всегда удается избегнуть шаблонных ситуаций [5]). Ни один из писателей не пытался объединить свое творчество в одну единственную МЕГАКНИГУ, которая охватывала бы не только все литературные жанры и бессчетное число миров, но и была столь же противоречива, как и сама жизнь. Та самая жизнь, где есть место подвигу, а значит, и преступлению; где не может быть ничего идеального; где история повторяется, фарс сменяет трагедию, отрицательные герои становятся положительными, а Ленин, Христос, и Ева Браун могут оказаться в одной постели; где действуют неумолимые законы, но иногда происходит нечто, и законы нарушаются; Исольда, которую любит Хокмун, умирает, а потом появляется вновь... Нет ничего невозможного и несовместимого; автор волен писать все, что приходит в голову, пренебрегая логикой, бросаясь из одной крайности в другую...

Противоречивость-сама суть творчества Муркока. Какими бы головокружительными не казались литературные эскапады его сотоварищей по жанру, благодаря своим противоречиям он сумел превзойти любого из них. Отзывы на английских изданиях его книг принадлежат совершенно разным писателям: реалистам, фантастам, постмодернистам, и даже рафинированная "высоколобая" критика не обходит Муркока своим вниманием. Но, восхищаясь его творчеством в целом, никто не решается петь дифирамбы отдельно взятым романам (исключая, разве что, сериал о Джерри Корнелиусе).

В истории человечества не так уж много мегакниг. В создании этих шедевров, аккумулирующих в себе мудрость веков, принимает участие не одно поколение людей. Поэтому творение одного человека, пусть даже впечатляющее своими масштабами, ни с "Махабхаратой", ни с Библией сравнить нельзя. "Мегакнига", создаваемая Муркоком (и взятая, естественно, мною в кавычки), есть, пожалуй, не что иное, как пародия на мегакнигу, в которой автор всеми доступными ему средствами (образами, стилями, приемами) пытается объять необъятное: синтезировать все наново, начиная с эпоса и кончая бульварным приключенческим романом. Правда, иногда автор надевает маску серьезности и разыгрывает перед читателем душещипательную драму, которая потом, в следующем романе, обернется комедией. Для демонстрации неправдоподобия, "невсамделишности" происходящего используются и другие приемы. Неудивительно, что любителям фантастики его творчество чаще всего приходится не по вкусу. Ведь этот жанр, как наиболее далекий от реальности сегодняшнего дня, требует от писателя не только богатого воображения, но и тщательного конструирования, достоверности мира, где развертывается действо. Читатель должен ощущать иную реальность, должен верить автору. А вот Муркок, как и всякий "нововолнист", не подчиняется канонам [6]и изобретает свои миры тяп-ляп, на скорую руку, расставляя кое-где откровенно плоские декорации, а щели между ними забивая всяким хламом-из остатков того материала, что использовался в другом его сериале, а то и вовсе "цельнотянутым" у собратьев по перу.

Цикл о Дориане Хокмуне служит неплохим примером к вышеизложенному, но прежде, чем доказать это путем "срывания всех и всяческих масок", я поспешу предупредить, что в публиковавшихся ранее русских переводах, как самиздатовских так и профессиональных [7], часто теряется скрытая ирония. (Должен признать, что иногда буквализм самиздата лучше передает это свойство муркоковской прозы, но может напрочь испортить отношения между автором и читателем.) Иногда лишь одно слово меняет "окраску" фразы, а переводчики, которых автор забыл предупредить о том, что отношение к тексту должно быть ироничным, с маниакальным упорством "осерьезнивают" текст. Читатель же (о, многострадальный русский читатель!) получает нечто рафинированное, удобоваримое.

В первой части цикла "Дориан Хокмун" писатель действительно рисует воображаемый мир с дотошностью и серьезностью, свойственной классикам фэнтези. Впрочем, и здесь он не может удержаться от ухмылки: "Пьеса написана, декорации расставлены, занавес поднят. Дело – за актерами". Всего две фразы – и реальность, мира поставлена под сомнение.

А каковы актеры (а вернее персонажи)? Самые заурядные, "без особых примет", прямо-таки сошедшие со страниц классического авантюрного романа. Внутри каждого – схема, заданный алгоритм поступков в зависимости от ситуации. Но Муркок остается верен себе, умудряясь с серьезной миной всучить читателю такие вот сведения о графе Брассе: бывший наемник, но... мечтавший о единой и мирной Европе; при этом – возводивший королей на престолы и свергавший их, он же – мастер интриги, но честный и благородный человек, к советам которого прислушивались влиятельные политики. Поразительные люди встречаются в муркоковских романах! Да, что там! Винегретами похлеще иногда подкармливает автор не в меру доверчивого читателя.

Сюжет "Истории Рунного Посоха" многим покажется знакомым. Еще бы: он заимствован из авантюрных романов прошлого века. А "декорации" автор придумывает свои, потому что знает: читатель обычно обращает внимание именно на внешнюю сторону описываемых событий. В ход идет вся палитра мастера, предпочтение отдается ярким цветам, контрастам, вычурности и аляповатости. Вот, например, Лондра глазами Герцога Кельнского: "Было что-то неестественное в архитектуре каждого здания, в выборе цвета и формы". (То же самое можно сказать и самом произведении.) "Но все же в этом ощущалась огромная сила, мощь и интеллект" (Чей интеллект? Лордов Темной Империи? Или интеллект того, кто выдумал этот мир?).

А вот устами д'Аверка (пожалуй, самого "живого" из героев) комментируется очередной "рояль" в ближайших "кустах": "Я уж, признаться, считал себя покойником и простился с надеждой осуществить мои великие замыслы. И тут, откуда ни возьмись, наш благородный герцог Кельнский на своем замечательном корабле..."
Просто невозможно удержаться от цитирования отрывка из беседы героев, имеющего отношение к литературе:
" - "Анналы", акт шестой, сцены пятая, - сказал Тоузе. - Помните эту сцену?
- Помню. - кивнул д'Аверк. - мне всегда казалось, что эта часть слабее всего остального.
- Утонченнее, - важно ответил Тоузе. - Утонченнее...
Слуга принес вино. Без зазрения совести Тоузе налил себе полный кубок.
- Смысл литературы, - сказал он, - не всегда понятен простым людям. Через сто лет они поймут, что последний акт "Анналов" – это на самом деле не плохо продуманное и написанное в спешке произведение, как посчитали некоторые тупые критики, а сложная структура..."
Может быть, "тупые критики" когда-нибудь поймут, что "История Рунного Посоха" – сложная структура?

"Это был исключительно приятный вечер: звезды ярко сверкали на ясном ночном небе. Для полноты ощущений Мелиадус приказал квартету рабынь сыграть симфонию Лондена Джона [8] – прекраснейшего композитора Гранбретани. Музыка, сливаясь с лязгом металла, взрывами и воплями гибнущих людей, приятно ласкала слух Мелиадуса. Он потягивал вино из бокала и, посвистывая, изучал план Лондры..."

Такие откровенно пародийные моменты, сбивающие чересчур доверчивого читателя с толку, придают всему происходящему на страницах романа характер игры, кукольного театра, мультипликационного фильма. Казалось бы, в конце "Истории Рунного Посоха" автор ставит точку. Соблюдены каноны авантюрного романа: зло побеждено, цель достигнута... правда, ценою жизни многих положительных героев. Здесь автор опять становится в позу реалиста и вводит минорные нотки в радостную победную мелодию. И невзначай намекает на возможность продолжения...

"Старые герои не умирают, они появляются в продолжениях". Эту фразу, якобы принадлежащую М. Муркоку, сделал эпиграфом к главе одного из своих юмористических романов фэнтези Роберт Асприн. Да, Муркоку, как и любому сказочнику, ничего не стоит оживить погибших героев и разыграть новую пьесу. Подтверждают это и написанные после четырехлетнего перерыва "Хроники Замка Брасс".

Фантасту не составляет особого труда найти лазейки во времени и пространстве, через которые в повествование проникнут знакомые читателю герои, погибшие в предыдущем романе. Но театр марионеток и классический сюжет уже исчерпали себя в глазах автора, и он решается на очередные эксперименты: то пробует переписать конец предыдущею цикла, оживляя графа Брасса и убивая Исольду, то отправляет Хокмуна в другой мир, с легкостью превращая его в... женщину. Совершив очередной подвиг и обнаружив погибшую Исольду целой и невредимой, герой обретает прежнее "мужское" обличье. Теперь бедняге предстоят поиски собственных детей, затерявшихся в каком-то из многочисленных измерений.

Подобное трюкачество заставит потерять терпение всякого читателя, и Муркок прекрасно знает об этом. Требовалось нечто впечатляющее, в своей масштабности, некий "сверхподвиг", который должны совершить уже надоевшие автору герои, прежде чем покинуть, наконец, сцену.

Сознательно или нет, но Муркок и здесь остается верен себе и своим противоречиям. Долгая, изнуряющая и героев, и читателя подготовка к обещанному армагеддону, перечисление и описание его участников, таинственность, многозначительные намеки... Оправдала ли ожидания описанная Муркоком битва? Его герои, похоже, оказались разочарованы и направились кто куда: чтобы погибнуть или обрести покой, но, в конце концов, стать статуями в пантеоне Майкла Муркока называемом Танелорн.

Гала-представление близится к концу, зрители с нетерпением ждут привычных сакраментальных фраз. Что ж, на последних страницах книги их в избытке. И свидетельствуют они о том, что автор уходит а иную литературную реальность [9]. В иную ткань текста-туда, где нет ни богов, ни героев, ни Хаоса, ни Порядка, нет Космического Равновесия. Пусть уходит. Ведь это его право, не так ли?

---------- Примечания ----------

[1] перевод И. Левидовой. вернуться

[2] 1967-1969гг. Цикл "История Рунного Посоха".
1968-1972гг. Первые три романа о Джерри Корнелиусе, отрывки из которых появляются в печати начиная с 1965г.
1971г. Первые три романа из "Хроник Корума".
1972-1976гг. Романы о Танцорах на Краю Времени (не считая повестей).
1973-1974гг. Три романа завершающие "Хроники Корума".
1973-1975гг. Цикл "Хроники Замка Брасс".
(здесь не указаны отдельные романы и рассказы в разных жанрах, а также произведения из циклов "Эрикезе", "Освальд Бастейбл" и "Эльрик Мельнибонэйский"). вернутся

[3] Здесь под бестселлерами понимается, естественно книга, пользующаяся популярностью у массового западного читателя. вернутся

[4] Сравнивают же этого автора с Иеронимом Босхом! вернутся

[5] Да и старается ли он их избежать? вернутся

[6] "Намеренно или нет?" - спросит дотошный читатель. Отвечу: "А какая, в сущносит, разница." вернутся

[7] "Профессиональный перевод" - понятие весьма и весьма расплывчивое. Судя по всему, это перевод, который оставляет для редактора минимум работы. А вот талантливый, "авторский" перевод - являение на сегодняшний день чрезвычайно редкое. вернутся

[8] Это имя может вызвать ассоциации с Джоном Ленноном или Джонсом, музыкантом и писателем, принимавшим самое непосредственное участие в движении "новой волны". Он также помогал Майклу Муркоку в составлении антологии рассказов о Джерри Корнелиусе, написанных другими писателями. вернутся

[9] Романом "Поиски Танелорна" Муркок завершает четыре основных сериала о Вечном Воителе и на время прощается с жанром фэнтези. вернутся