Танелорн ▶ Взгляд со стороны ▶ Статьи и рецензии ▶ А. Карелин "В поисках Танелорна"

Антон Карелин "В поисках Танелорна"
расширенный вариант статьи из журнала "Мир фантастики" №12 за 2004г.
публикуется с разрешения автора в авторской редакции

Все пройдет, умрет, исчезнет,
Сгинет в вечной черной бездне.
Протрубит последний горн.
Но не сгинет Танелорн.
Вечен, вечен Танелорн.
Танелорн.

Майкл Муркок.
из романа "Феникс в обсидиане"

Майкл Муркок не слишком известен молодым любителям фантастики, в последние десятилетия звезда его как бы приугасла. А между тем,

в свое время работы этого писателя наступали на магазины и развалы настолько широким фронтом, что кому-то даже казалось — его книги обрели способность размножаться самостоятельно, и, словно птенцы кукушки, скидывали с полок тома остальных авторов.

Анализируя историю фантастики, трудно не заметить, что вклад Муркока в ее развитие ничуть не меньше, чем у Толкина, Говарда, Урсулы Ле Гуин. Пожалуй, вместе с ними и с Роджером Желязны (рассказ о котором пойдет в одном из следующих номеров) Майкл Муркок составляет “Великую Пятерку”, “Могучую Кучку” писателей, наиболее повлиявших на мировое фэнтези. Если учесть при этом, что он написал лишь два по-настоящему высоких произведения («Танцоры на краю времени», «Се – человек»), и гору макулатуры всех мастей – становится совсем интересно, как же так получилось.

Нельзя сказать, что в «загнивающих 60х» Муркок единолично придал фэнтези “второе дыхание”, а фантастике — “новую волну” (как принято о нем говорить). Скорее, дело в том, что его влияние на современников было куда сильнее, чем на потомков, в прошлом он сделал нечто, определившее будущее.

Парадоксально, но именно принадлежность к “великим” стала одной из причин нынешней малоизвестности Муркока. Сейчас у всех на устах произведения учеников Майкла — и учеников его учеников.

Правила Мультивселенной

Сферы миров плывут в безбрежном океане вечности. Каждая из сфер — отдельная Вселенная со своими законами, собственной историей, замкнутая в своей бесконечности. Этакие радужные мыльные пузыри, на оболочках которых переливаются красками хроники миллиардов эпох.

Все и сразу — здесь и Средиземье Толкина, и древние скандинавские мифы, и Упорядоченное Перумова, и реальная Земля, и тысячи, миллионы ее отражений, по каждому на любую фантазию или мысль. Таков Мультиверсум (Мутивселенная) Майкла Муркока — финал долгой дороги, которую прошло миротворчество в фантастике. Дальше — некуда.

Разнообразие Мультивселенной (иллюстрации
Родни Мэттьюза).

Космическое Равновесие управляет жизнью и смертью мировых сфер, но не вмешивается в непрерывную борьбу Порядка и Хаоса, пронизывающую каждый из миров. Боги и демоны, колдуны, духи и монстры путешествуют между мирами, проникают сквозь окружающие их барьеры, странствуют по Серым жилам — плоти сущего. И в каждой важной битве, в каждой значимой войне участвует Вечный воитель. Это всего лишь смертный, такой же уязвимый, как и мы все. Он точно так же умирает в конце своего пути. Но, в отличие от нас, это не просто личность, а нечто большее — один из архетипов Мультиверсума, одна из составляющих, без которой вселенная не может существовать. В литературном смысле — это протагонист, движущая сила повествования. В сюжетном — сотни, тысячи, мириады героев из разных миров и времен, которые, тем не менее, — одно существо, перерождающееся, живущее как бы вне времени, вечное.

Великий герой служит Космическому Равновесию, и восстанавливает его там, где одна из мировых сил нарушает баланс. Потому Воитель сражается то на стороне Порядка, то на стороне Хаоса, то на стороне смертных, которые не желают зависеть от божественных сил. Воплощения Вечного воителя — главные герои романов Муркока. Каждый несет свою ношу, хоть и отчаянно старается быть обычным смертным, просто жить в покое и забвении. Но для вечного героя забвение и покой невозможны, а потому до конца времен он будет умирать, перерождаться и снова вступать в бесконечную битву между первоосновами. Он — острие меча, которым Мультивселенная воюет сама с собой.

Центром Мультиверсума, ключом к пониманию метафорической реальности Муркока является Вечный город, Танелорн . Образ кристальной чистоты и незамутненности, этот символ неожиданно сильно воздействует на читателя. Обращает его к области мышления, не задействуемой при чтении обычных приключенческих текстов.

Танелорн проходит сквозь всю многотомную сагу, являясь ключом к свободе и покою, вечному и неизменному в суетной человеческой жизни. И каждый стремится найти Город-вне-времени, вдохнуть его светлый воздух, и ощутить, что смысл жизни – здесь.

Вечные воители всегда попадают в Танелорн, в большинстве случаев после смерти. Но иногда им удается отдохнуть здесь от вечных битв, или найти нечто, что они ищут. Корум Джайлин Ирси освободил здесь силы, не зависящие даже от Космического Равновесия, и завершил историю, длившуюся миллионы лет...

Раз в бесконечность происходит Слияние миллиона сфер. Границы миров становятся зыбкими и неопределенными, странные события происходят в них. Кризис нарастает, и вскоре старая Мультивселенная гибнет, уступая место и время для новой.

Безграничная Вселенная — основа творчества фантастов, поле, на котором их игры развивались по своим канонам. Раз она бесконечна — там есть какие угодно звезды, какие угодно цивилизации. Бездна идей и сюжетов для произведений. Но это в научной фантастике. А в фэнтези?..

Майкл Муркок одним из первых в фантастике создал концепцию всеобщей взаимосвязи бесконечного множества параллельных мирозданий, живущих по законам Космического Равновесия. Его талант, и яркость созданных им образов сделали эту модель общепринятой. С тех пор ей пользуются как создатели ролевых игр, так и другие авторы, герои которых странствуют по тропам, проторенным Элриком и Корумом.

Здесь дело, естественно, не в простом количественном расширении. Главное качество модели — универсальность: в ней сочетаются и взаимно существуют техническое, физическое (космос, галактические империи с их звездными войнами); сказочное, мифологическое, фэнтезийное и реалистическое, подчас даже документальное. Более того, такой подход позволил Муркоку совершить невиданный финт: писать какие угодно романы, в любом жанре, любой стилистике, и объявлять новое произведение частью Саги о Вечном Воителе.

Так и получилась единственная в своем роде фантастическая серия “длиною в жизнь”. Литературная Великая Китайская Стена, по сравнению с которой блекнет даже трехсоттомная «Конина» - ведь совершенно разные по стилю, героям, а иногда и по жанрам, романы цикла «Вечный Воитель» написаны одним человеком.

Осмысливая эту красочную декорацию, легко заметить, что Мультиверсум бесконечно разнообразен. И чтобы наполнить его, вдохнуть жизнь в гигантскую конструкцию, нужно обладать поистине выдающейся фантазией и гибким умом, способным соединять несоединимое.

Майкл Муркок, английский писатель, редактор и критик, публицист, художник и музыкант, хиппи и авангардист, анархист и защитник вечных ценностей, гуманист и выдумщик античеловеческих идей — оказался именно таким. Только в бурлящей противоречиями личности мог сформироваться настолько нетривиальный и всеобъемлющий взгляд. Его глаза впервые увидели необъятность, разум попытался охватить ее и донести до читателей. В результате…

“Я уничтожал планеты, он пошел дальше — развоплощая целые вселенные”, — как-то сказал о Муркоке отец космической оперы Эдмонд Гамильтон, впечатленный размахом его творчества.

 

   Боги и герои

  Подлинное свидетельство колоссального воздействия одного человека и его неограниченного воображения на всю индустрию фантастики — труд “Deities and Demigods”. Книга богов и героев, известная каждому профессиональному игроку в настольные ролевые игры, еще в семидесятых была издана компанией TSR в рамках первой редакции легендарных “Подземелий и драконов”.

Герои и существа из книг Муркока вошли в число описанных в книге созданий наравне с персонажами мифов и легенд. И более того — некоторые существа были описаны не такими, как появлялись в традиционных мифологиях, а в соответствии с трактовкой Муркока!  

 

Воплощения вечности

Воплощений Вечного воителя, описанных Муркоком, около двадцати. О каждом из них рассказывает рассказ, роман или серия романов. Это и семейство фон Бек из 14 века земной истории, авантюрные приключения которого вместе с тем и лиричны, и драматичны. Карнелиан , живущий в самом Конце Времен, когда человечество достигло бесконечного могущества, но совершенно потеряло смысл своего существования. И Карл Глогер , наш с вами современник, попавший в 1 век нашей эры, и решивший во что бы то ни стало отыскать Иисуса Христа… И многие другие.

Но основными четырьмя героями, наиболее популярными у читателей и наиболее значимыми для Мультиверсума, являются Четверо, Ставших Одним . Четыре персонажа книг Муркока, из совершенно разных эпох, сошлись в одном и том же месте и времени, и вынуждены были принять свой истинный вид – Вечного воителя, чтобы отразить вторжение могучих сущностей, пытавшихся выпить силу Мультивселенной. Конечно, это были четверо самых достойных. Тех, кто прошел наиболее яркий жизненный путь и оказал наибольшее воздействие на вечную борьбу Хаоса и Порядка. Представим их.

Элрик из Мельнибонэ

Древняя раса мельнибонэйцев властвовала над миром долгие тысячелетия, но в результате распрей между наследниками Элриком и Йиркуном была уничтожена. Элрик, истинный наследный принц империи, остался одним из последних мельнибонэйцев. С рождения он слаб телом, но силен духом. Очень болезненный и худой, быстро теряющий силы и живущий только благодаря магическим отварам, Элрик к тому же и альбинос. Белые волосы и красные глаза являются завершающими штрихами к демоническому облику принца. Он хороший фехтовальщик и могущественный маг, но давно погиб бы из-за своей физической слабости, если бы не призвал древнего покровителя мельнибонэйцев, Лорда Ариоха, божество Хаоса. Ариох благоволит к Элрику, и помогает ему во всем, но тем самым затягивает петлю служения на шее принца. Главным даром Ариоха была информация о Рунных мечах, древних и необычайно могущественных артефактах Мультиверсума. Завладев этими мечами, Элрик и Йиркун совершили судьбоносный поединок, в котором победил альбинос. С тех пор он владеет Черным мечом, способным выпивать душу любого, кого ранит. Это могущественное и ужасное оружие питает тщедушное тело принца невиданной силой и стойкостью, но порабощает его душу и заставляет убивать. Элрик постепенно становится рабом меча, рабом Ариоха… но не так-то просто сломить последнего из мельнибонэйцев. Впоследствии его не зря прозовут Убийцей демонов и Богов.

В цикл об Элрике из Мельнибонэ входят романы и сборники повестей “Город грез”, “Жемчужная крепость”, “Плывущий по Морю Судьбы”, “Участь белого волка”, “Поющая цитадель”, “Исчезающая башня”, “Месть розы”, “Проклятье Черного меча”, “Приносящий бурю”, “Элрик на краю времени”. А также трилогия, которую Майкл Муркок пишет сейчас: “Дочь похитительницы снов”, “Древо Скрелингов” и “Сын белого волка”.


Дориан Хокмун, герцог Кельнский

18 Kb

Земля, альтернативная история. Хищная империя Гранбретании покоряет одно государство за другим. Король-Император Хаон рассылает всюду своих эмиссаров, а вслед за ними к неподчинившимся приходят Звериные Ордена. Воины в доспехах и звериных масках – Орден Волка, Медведя, Вепря… Гранбретания захватила большинство земель Европы, ее ученые и алхимики изобретают все новое оружие, и все более фантастические средства передвижения. Кажется, что мощь Империи не остановить. Но маленькое графство Камарг под предводительством графа Брасса способно долгое время противостоять имперской мощи. А Дориан Хокмун, герцог Кельнский, сначала захваченный гранбретанцами в плен и подчиненный их воле, в замке Брасс находит свободу и новую надежду. Он отправляется в длительный и полный ярких приключений поиск. Его цель – Рунный посох, легендарный артефакт, управляющий судьбами миров. Сохранить Рунный посох от посланников Империи, желающих заполучить его любой ценой – вот цель Хокмуна. Путь его крайне извилист, насыщен множеством необычных встреч, непредсказуемых поворотов сюжета и ярких образов наполовину магической, наполовину техногенной Земли, на просторах которой покоятся следы множества древних цивилизаций…


Хроники Хокмуна состоят из следующих произведений: “Черный камень”, “Амулет безумного бога”, “Меч Зари”, “Рунный посох”, “Граф Брасс”, “Защитник Гараторма”, “В поисках Танелорна”.


Корум Джайлин Ирси, Принц-в-Алой-Мантии

16 Kb

Древний и красочный мир, угасающий, теряющий былое великолепие. Две могущественных расы, вадаги и надраги, ранее враждовавших друг с другом, уже давно слишком развиты для того, чтобы воевать, и занимаются постижением истины, красоты, совершенства в своих замках, отделенных друг от друга большими расстояниями, дикими, незаселенными землями. Но в этот мир вторгаются Владыки Хаоса, и приведенные ими люди начинают завоевывать все его измерения, одно за другим, поклоняясь Лордам Хаоса и их демонам. Древние расы, спящие в своем спокойствии, оказываются столь быстро истреблены по одиночке, что ни о каком сопротивлении ордам варваров уже не может идти и речи. Корум, принц одного из вадагских домов, отправляется в путешествие к родственникам, и только это спасает его от участи остальных. Обнаружив разграбленные руины вместо замка, он спешно возвращается домой, и застает завоевателей, только что уничтоживших его семью и род. Попав к ним в плен, Корум должен быть убит, но случайно ему удается бежать. Единственный оставшийся в живых, он путешествует по разграбленным измерениям, становясь свидетелем того, как власть Хаоса нарастает, и как Боги Порядка, правившие миром долгие тысячелетия, повержены и изгнаны из мира. Калека с отрубленной рукой и выжженным глазом, он попадает к старому колдуну, который спрятался в своей цитадели, и оттуда ведет войну с Лордом Ариохом. Корум становится его эмиссаром, и отправляется в путь к Цитадели Хаоса, где он должен найти Сердце Ариоха и уничтожить его. Колдун дает Коруму серебряную руку, которая способна крошить камни, но иногда оживает, и действует по собственной воле, а так же многогранный Глаз, позволяющий вызывать к жизни и отдавать приказание последнему, кто был убит Рукой. Путешествие Корума будет полно странных событий и открытий, меняющих его взгляд на мироздание. Начав путь в жалком измерении, подчиненном варварским человеческим племенам, Корум пройдет по множеству миров, и станет одним из редчайших героев, который побывали в Танелорне, Вечном городе. И, главное, по его воле извечная война Порядка и Хаоса будет закончена… Очень странным, правда, образом.

Хроники Корума включают в себя романы “Рыцарь мечей”, “Королева мечей”, “Король мечей”, “Бык и копье”, “Дуб и овен”, “Меч и конь”.


Эрикезе, Помнящий

Этот герой не является очень популярным у поклонников Саги. Но это одна из ключевых фигур Мультивселенной Муркока. Единственная из инкарнаций Вечного воителя, герой, который помнит все свои воплощения, и каждый день жизни которого – адская мука. Предатель, погубивший собственный народ, уничтоживший все живое в собственном мире, он странствует по измерениям, и единственный смысл его существования – выполнить предназначенное судьбой, и обрести упокоение. Хрониками Эрикёзе Сага открывается, ими же, возможно, она будет закончена.

О судьбе Помнящего рассказывается в хрониках “Вечный Воитель”, “Серебряные воины”, “Дракон в мече”.

Помимо Вечного воителя, его обязательной Возлюбленной и Главного врага, в мифологической модели Муркока, кочующей от романа к роману, из серии в серию, существует еще один яркий типаж, делающий картину логически завершенной. Это Спутник героя. Одна и та же личность, точно так же перерождающаяся из жизни и в жизнь, из эпохи в эпоху, как и остальные представители мультивселенского спектакля, Спутник героя является одновременно и основным помощником героя, и его антиподом, и его «резервной копией». В случаях, когда Вечный герой по каким либо причинам погибал, не пройдя свой путь до конца, Спутник завершал его, или на протяжении какого-то времени брал исполнение Квеста на себя (как, например, Сэм Скромби на время принял бременя Кольца).

Иной раз Спутнику приходится самому становиться главным героем собственной истории. По сути, герой и Спутник героя – грани одной и той же личности. Но Спутник героя практически всегда помнит об иных своих воплощениях, и осознает высшую цель своего существования, а потому прямые инкарнации Вечного воителя узнают о своей безрадостной судьбе от него.

   Муркок в России

Книги Майкла Муркока на русском языке начали появляться в период перестройки, когда с Запада хлынул настоящий поток фэнтези и фантастики. На полках завзятых читателей и букинистических магазинов и сейчас можно встретить томики “Северо-Западного” издания в желтых суперобложках. С 1992 по 1996 годы в “Северо-Западе” вышли книги об Элрике, Коруме, Хокмуне, Эрикезе, и другие произведения автора.

Профессиональные переводы и замечательные статьи Д. Ивахнова отличают серию “Меч и посох” издательства “Тролль”; к сожалению, она не была закончена. Из более поздних изданий стоит отметить “Эксмовскую” серию 1999-2003 годов, а также регулярные публикации в “Веке дракона” от АСТ. В последние годы отдельные произведения Муркока переиздают в сериях “Шедевры мировой фантастики”, “Мастера фантастики” и прочих “золотых” подборках.

 

Негероический герой

Итак, Вечный воитель, а точнее, его воплощения путешествуют по различным мирам, служат великим квестам, сражаются на стороне Порядка, Хаоса или иных сил. Достаточно типичный ход для героического фэнтези, а монстры и демоны, маги и империи, встающие у героя на пути, восходят к тому же Берроузу с марсианами и Говарду с могучими варварами и пытливыми исследователями.

Однако герои Муркока во многом не таковы, как предшествующие им Тарзаны, Конаны, Джоны Картеры и прочие покорители читательских сердец. Мускулистые воины без страха и упрека в романах о Вечном Воителе отсутствуют. Их место занимают персонажи не столь однозначные. Герои Муркока стоят перед глобальными вопросами, ищут человечность в мире, где властвует Равнодушие, пытаются осознать смысл своего существования, наделены множеством страхов, слабостей и сомнений.

И дело тут не в том, что Муркоку как автору хотелось какого-то “разнообразия”, и он попросту сменил один привычный типаж на другой. Это смена прежде всего не героичности на человечность, а однозначности на сомнение. Литература, смысл которой воспринимается всегда однозначно — это литература сюжетная, приключенческая, проще говоря, массовая и попсовая. А фантастика 60—70 годов стремилась усложнить жанровые каноны, открыть новые, потаенные двери. Быть не увлекательной игрушкой, а новым ключом к старым замкам на шее отягощенного комплексами человечества — вот закономерная цель развития всякого культурного феномена. И фантастика, к счастью, не является исключением.

В Америке, с ее продолжателями Говарда, подобного Муркоку революционера не появилось. Закономерно, что он родился и вырос в Англии, и, не став наследником Толкина, внес значительный вклад в наследие именно американских коллег. Во многом благодаря деятельности Муркока, фэнтези из узких рамок Sword & Sorcery переросла в нечто большее.

Как так получилось и почему?

 

Искатель Танелорна

50 Kb
Майкл вместе с женой Линдой
подписывает книги. Маститый
фантаст... Но старая татуировка
выдает анархиста-
шестидесятника с головой!

Майкл Муркок родился 18 декабря 1939 года маленьком городке Митчэме (графство Суррей) в семье инженера. Еще в детстве он переехал в Лондон, где прожил большую часть жизни. Любовь к Лондону нет-нет, да проглянет в его творчестве.

Исследователи творчества Муркока замечают, что тему вечной борьбы Порядка и Хаоса, которая постоянно звучит в его романах, нельзя назвать чисто фантастической. Действительно: детство и юношество писателя пришлись на период распада Британской империи. Поэтому размышления о разрушении привычной системы мироздания и трудном поиске нового образа жизни стали одной из главных тем саги о Вечном Воителе.

Уже в 18 лет Муркок издавал собственный фэнзин с говорящим названием “Приключения Тарзана” , и в то же время писал грубоватое, насквозь вторичное фэнтези. Прожженный фэн, он в то же время всерьез занимался музыкой, политикой, публицистикой — как и все во взрывные шестидесятые, эпоху душевных исканий. Но постепенно полностью ушел в писательскую работу, наплодил всяких “Марсианских хроник” под псевдонимом Э. П. Брэдбери, а в 1964 году, в возрасте 24 лет, возглавил журнал фантастики “Новые миры”.

Семь лет Муркок вел журнал к цели, которую сам определял как “фантастика должна стать Литературой”. Отказ от устоявшихся канонов развлекательного чтива, которым тогда было преобладающее большинство фантастических произведений, руководил всеми действиями Муркока и его соратников, авторов «Новой волны».

Не зная точно, что сделать для превращения Золушки в Принцессу, гадкого утенка в лебедя (а откуда взяться такому рецепту?), Муркок и те, кого он публиковал, пускались во все тяжкие, исследовали любые области искусства и творчества, смешивали несмешиваемое, экспериментировали напропалую, возводили на пьедестал то элементы масскультуры, то абсурдизм, то реалистическую прозу. По меткой шутке одного из критиков того времени, “одного Берроуза сменили на другого” — и это действительно было так. Король литературы приключений, певец Тарзана и Джона Картера был сброшен с пьедестала почета и заменен на странного, неоднозначного модерниста и “ново-открывателя” Уильяма Берроуза, автора “Завтрака нагишом” и “Новы-Экспресса”.

Да, это было поистине фантастическое время. Мир неотвратимо менялся, идеи и идеологии зарождались и гасли, войны и манифестации за мир сменяли друг друга — в общем, типичное преддверие Слияния миллиона сфер. Когда все старое переворачивается с ног на голову, человечество снова становятся первооткрывателем, воссоздающим мир по кусочкам. В такие моменты люди с развитым чутьем могут постигнуть истину и открыть ее другим, просто тыкая пальцем в небо. Примерно то же произошло с Муркоком. Оставаясь в рамках коммерческой, местами трэшевой, местами бульварной литературы, он умудрился все же прорвать ткань жанра и цепкими руками втащить в него новые, доселе неведомые образы, краски и смысл. Мультиверсум развернулся перед ним во всей своей огромности и с равнодушной насмешкой подмял под себя прочую фантастику.

Впрочем, все это произошло не мгновенно, не легко и не благодаря удаче. Как инкарнация Вечного воителя, Майкл всю жизнь искал свой Танелорн. Он беспрерывно трудился на фантастической ниве и как редактор, и как публицист, все годы своего редакторства не преставал писать. А вместе с ним трудились и другие представители “Новой волны” — Брайан Олдисс, Джеймс Грэм Баллард, Джон Браннер, Майкл Джон Харрисон, Джон Слейдек, Кристофер Прист, Томас Диш, Норман Спинрэд, Сэмюэл Дилэни, Роджер Желязны и Харлан Эллисон. Имена, овеянные славой. Герои, участвовавшие в “стройке века”. Поднявшие волну.

“Новая волна” — явление в фантастической литературе, неразрывно связанное с личностью Муркока. Поначалу так вышеупомянутые авторы отозвались о себе и других коллегах, публиковавшихся в “Новых мирах”.

Закрепил этот термин один из них – Кристофер Прист (а его роман “Опрокинутый мир” я очень рекомендую найти и прочитать: из него выросло многое в современном стимпанке, например, великолепная “Дочь железного дракона” Майкла Суэнвика; и, как ни забавно, некоторыми идеями и элементами стиля Присту обязано стимпанковское аниме).

Сам термин “Новая волна” не несет в себе каких-то жанровых определений. Нельзя сказать, что произведения НВ автоматически и всегда свежи и оригинальны, а то, что было в фантастике до нее, является зашореным и устаревшим. “Новая волна” это в первую очередь уникальная идеология того времени; революционный настрой группы авторов, публиковавшихся в журнале «Новые миры». Идеология свободы и культурной совместимости фантастики с другими жанрами позволила писателям выйти за рамки установленных в то время норм, снять с фантастов смирительные рубашки общепринятых канонов.

А главная заслуга НВ и ее апологетов в том, что их творчество позволило сломать в массовом сознании барьер между фантастикой как прикладным развлекательным жанром ( pulp fiction ), и литературой вообще.

Сейчас, оглядываясь на пройденный жанром путь, можно и не заметить того качественного различия, которое последовало из этой перемены… Но как я уже сказал, Майкл Муркок – это автор, влияние которого на современников было куда больше, чем на потомков, и который в прошлом сделал нечто, предрешившее будущее.

 

В оформлении статьи использованы фрагменты иллюстраций Майкла Уэлана к книгам Муркока.